Let’s travel together.

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

211

Команда волонтеров старается оказать посильную помощь жителям удаленных от цивилизации уголков Кении, Танзании и ДР Конго

В последнее время российских туристов все больше тянет на африканскую экзотику. Искатели приключений отправляются в джунгли, покоряют Килиманджаро и делают селфи на фоне диких обитателей саванны. А вот 27-летний ростовчанин Николай Толпинский путешествует по африканскому континенту давно и вовсе не в угоду модным туристическим трендам.

Вместе со своей командой он кормит и лечит местное население в беднейших и труднодоступных поселениях нескольких африканских стран. Николай живет в деревнях, учит детей грамоте, а их родителей — премудростям скотоводства. Про Африку, которую никогда не покажут в путеводителях, миссионер рассказал «Вокруг света».

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

ФотоDanita Delimont / Alamy via Legio Media

Откуда у парня кенийская грусть

Слушая истории Николая о том, как он привык просыпаться в глиняных лачугах с соломенной крышей на краю пустыни и вытаскивать червяков из ног африканских детей, я пытаюсь узнать, что заставило его так круто изменить свою вполне комфортную жизнь в России. Неблагоприятная среда, сложные семейные обстоятельства, пережитые психологические травмы?

— Ничего такого, — пожимает плечами он. — Жил как все.

Николай Толпинский вырос в Ростове-на-Дону в семье педагогов. Закончил колледж связи и информатики по специальности «программист». Осознанное желание помогать другим возникло у него в 17 лет. Тогда Николай впервые начал кормить бездомных людей и лечить дворовых животных, ездил в детские дома, убирал мусор на улицах родного города. 

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

Николай Толпинский

В 2018 году Николай присоединился к международному волонтерскому движению. Сначала поехал в Армению, узнал, как там работают благотворительные организации, хосписы, учреждения для особенных детьми. Потом команда Николая кормила иранских бездомных в Ширазе, организовывала бесплатные курсы изучения английского языка для всех желающих. Затем они отправились в Турцию. 

— Каждый вечер на стамбульской площади выстраивалась очередь из 300 беженцев. Эти люди протягивали ко мне  руки, чтобы получить тарелку супа, — вспоминает Николай. — Я понимал, что одна чашка супа радикально их жизнь не изменит. Но все равно шел на площадь и продолжал наливать им суп. Мне это было нужно, возможно, даже больше, чем им.

— В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей, — вспоминает Николай. Через каких-то 15 лет его сны сбылись. Сейчас миссионерские проекты в Африке — это основная деятельность Николая и его команды, в которую входят около 50 человек из стран СНГ. В основном они работают с Кенией, Танзанией и ДР Конго. Несколько раз ездили в Индию и Непал.

— Кения запомнилась мне женщинами, которые носят тяжести на головах. Такие нагрузки на шею провоцируют костные болезни и ранние смерти, — рассказывает Николай. — Местные дети, когда видят посторонних, сразу же вытягивают руку и начинают попрошайничать, крича «Музунгу! Музунгу!» Это значит «белый». Кенийцы довольно скупые на эмоции, но как только услышат звуки барабанов, начинают танцевать, петь и абсолютно раскрепощаются.

Белый человек — это набитый кошелек

Приезжая в небольшие поселения, команда Николая не просто привозит гуманитарную помощь местным жителям. Они строят школы и преподают в них. Пытаются влиять на систему образования с помощью дополнительных курсов для местных учителей. Обеспечивают медицинскую помощь и бурят скважины, чтобы обеспечить местных жителей питьевой водой.

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

— Некоторые западные организации, бездумно снабжавшие африканцев деньгами на протяжении долгого времени, принесли больше вреда, чем пользы, местному населению, — считает Николай. — Годами они вываливали зеленые бумажки на головы неграмотных чернокожих людей, а потом уезжали с осознанием выполненного долга. Теперь во многих уголках Африки на белого человека смотрят как на кошелек, набитый деньгами.

Миссионер уверен, что нужно учить местное население базовой предпринимательской деятельности. Например, давать африканским семьям не деньги, а коз или кур, отслеживая, чтобы те не съедали их сразу, а налаживали процесс скотоводства. 

— Когда приезжаешь в Африку, видишь людей из другого мира, проблемы которых во многом проистекают из-за их мировоззрения, рабского отношения к себе и преклонения перед белокожим человеком, — считает Николай. — В Кении меня поразило колониальное мышление, сохранившееся у местного населения. Помню, как я приехал в пустыню Туркана — это самая засушливая местность на юге Кении ближе к границе с Эфиопией. Первым делом зашел в местный магазинчик за сим-картой. В очереди стояло около 50 человек. И все они расступились, чтобы пропустить меня вперед. Даже матери с детьми на руках уступили свое место.

В Африке большие злые паразиты

Шкатулка впечатлений Николая не перестает пополняться после каждой поезди в Африку. Вот только приятными большинство из них не назовешь. Например, в 2022 году в деревне на горе Элгон, расположенной на границе Кении и Уганды, он впервые узнал о существовании песчаных блох. Самки этих паразитов прокусывают кожу и остаются в теле человека, питаясь кровью, а затем откладывают яйца.

Тунгиоз (так называется заражение песчаными блохами) вызывает воспаления, нагноения и даже некроз ткани. Удалять паразитов приходится хирургическим путем, а запущенные случаи чреваты ампутацией конечностей.

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

Однажды Николай обнаружил на пальце ноги небольшой нарост. Оказалось, что это песчаная блоха, которую он подхватил во время поездки на гору Элгон. За месяц до этого Николай заболел малярией.

— Боевое крещение прошло удачно. Все обошлось, — успокаивает он.

Отвергнутая богом земля

Одно из самых страшных мест на африканском континенте, где бывал Николай, — местность Ари-Мамай в пустыне Туркана. Ее название переводится, как «отвергнутая богом земля».

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

— На протяжении четырех лет там не было дождей. А температура ночью не опускалась ниже 40 градусов, — говорит Николай. — До ближайшего русла реки нужно было идти восемь часов по изнурительной жаре. За время засухи огромное количество детей погибло. Смотреть на высушенную землю и обезвоженных людей страшно. Мы привозили туда воду, делали витаминные капельницы людям прямо под деревьями на земле.

Некоторые африканские регионы Николай называет опасными для жизни не из-за климатических условий, а из-за грабителей. Вооруженные банды могут ограбить приезжих или взять в плен.

— В сторону Эфиопии от пустыни Туркана нельзя ездить перед началом учебного года, — поясняет Николай. — В это время на дороги выходят подростки с оружием. Они тормозят машины, угрожают, чтобы собрать себе деньги на обучение.

Люди везде одинаковые

За несколько лет волонтерских экспедиций Николай пришел к выводу, что, несмотря на разные культуры и цвет кожи, нужды у людей в разных уголках мира в основном одинаковые. Они хотят быть принятыми, понятыми и любимыми.

— Когда ты встречаешь ребенка в российском детском доме, ты видишь в его глазах ту же самую боль, которая пронизывает бездомного африканского ребенка, сидящего на запыленной дороге, — говорит Николай.

«В детстве мне снилось, что я нахожусь среди темнокожих людей»: как живется в африканской глубинке миссионеру из Ростова-на-Дону

Некоторое время миссионер привозил продукты одной пожилой паре на хутор в Миллеровский район Ростовской области. У них были дети, внуки. Но все они разлетелись кто куда, забыв о пожилых родителях.

— Старикам нечего было есть. Они были покинуты на исходе лет, — вспоминает Николай. — Однажды, Михаил Николаевич (так звали этого дедушку), сказал, что я ему стал сыном. И тогда я понял, что ему не бутерброд нужен, а внимание. Сейчас его уже нет на свете. Но я рад, что смог быть рядом в его последние дни.

Супруга Николая Лиза по профессии дизайнер. Она придумывает коллекции для подиумов и мечтает о собственном доме моды. Они познакомились, когда обоим было по 17 лет. А через три года поженились.

— Я спросил Лизу: «Ты готова идти со мной, даже если нам придется жить в джунглях и есть непонятно что? Ты готова к тому, что нам может не хватать денег на что-то, чего очень хочется? Ты готова жить на чемоданах и в любой момент сорваться в путь?». На все мои вопросы она утвердительно кивнула головой. И теперь она также вычищает паразитов из ног африканских детей, живет в лачугах в пустыне, разделяет мои убеждения и сопровождает в путешествиях, не оставляя мечты о доме моды, — говорит миссионер.

Фото предоставлены героем публикации, если не указано иное

Оксана Полякова

Источник

Комментарии закрыты.